В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и лом, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его вглубь лесов и вдоль растущих стальных путей. Он рубил вековые сосны, выравнивал балласт под шпалами, возводил опоры для мостов через холодные реки. Смена сезонов проходила перед его глазами там, где постепенно отступала дикая тайга, уступая место прогрессу. Он видел, как преображается земля, но ещё яснее — как ломаются спины и судьбы таких же, как он, людей, пришедших сюда за тяжёлым заработком. Цена каждого нового проложенного рельса была для них хорошо известна.
